site en polonais
         
 
Biography
Articles
Poem
Photographic gallery
Bibliography
Links
Contact

 
 



 
 
articles.gif
Пани Мария помогла*

Эрна Подхоризер

Сегодня, в годовщину восстания в варшавском гетто мы вспоминаем тех поляков, которые в годы гитлеровской оккупации противостояли варварству и помогали гонимым, страждущим людям. Мне хочется рассказать здесь о благородной защитнице всего, что было гуманным и прогрессивным, о Марии Федецкой, снискавшей известность в г.Вильно еще до второй мировой войны. Пани Мария - польская женщина с отзывчивым сердцем - не осталась безучастной ни к одному акту насилия и несправедливости.

Мы хорошо помним те годы в санационной Польше, когда <патриотическая> молодежь с помощью палок сражалась в университатах за <правые> и <левые> парты, когда она помогала <оздоровлять> торговлю в Польше, грабя еврейские лавки, жестоко избивая людей, форма носа которых не соответствовала арийским стандартам. Пани Мария всегда демонстрировала свой протест против насилия: она, к примеру, продиралась сквозь толпу оголтелых пикетчиков, входила в еврейский книжный магазаин, покупала книгу и просила, чтобы на ней обязательно была фирменная наклейка с фамилией владельца этого магазина.

Адрес Марии Федецкой знали все, кому нужна была срочная помощь. Так, искусствовед Юзеф Зандель, бежавший из Германии от гитлеровского террора, именно в Вильно, у пани Федецкой нашел приют и преданных друзей.

Примечательным эпизодом в жизни Марии Федецкой было ее сотрудничество с прогрессивными польскими деятелями, издававшими в 1936-1937 гг. в Вильно журнал <По просту>. Мария Федецка была верным другом этой молодежи, мечтавшей о подлинно демократической Польше. Немало мужества требовала в те годы защита и поддержка такого журнала, но она без тени колебаний содействовала его изданию пока это было возможно.

Неудивительно, что такой человек, как Мария Федецка, не могла не прийти на помощь несчастным, затравленным людям. Ей обязан жизнью бывший председатель вильненского Совета Ян Друто и вся его семья, а профессору Яну Дембовскому пани Мария носила передачи в тюрьму.

А сколько евреев уцелело благодаря пани Марии! Через ее дом прошли сотни людей, которых удалось вытащить из виленского гетто. Не было ночи, чтобы в доме Федецких не скрывались евреи. Благодаря подкупленному чиновнику паспортного стола, она снабжала спасенных необходимыми документами. И множество людей как в Польше, так и во многих странах мира, вспоминают ее имя с чувством глубокой благодарности и уважения.

Благодаря Марии Федецкой спаслись от смерти: семья Хволес (мать и дочь, проживающие ныне в Бельгии), семья Шабад (мать с дочерьми), семья доктора Шадовски, адвокат Мире Бранд, пани Качергиньска и многие многие другие. Весь период оккупации у нее жили два еврейских ребенка - дочка виленского адвоката Смильга и ныне живущая в Италии Кристина Шилянска. Кто прошел через ад войны и оккупации знает, чем грозило спасение евреев. Она же, не колеблясь, шла на это, ведь родители доверяли ей своих детей.

Сосед донес, что Федецкие прячут в своем доме еврейского ребенка. Речь шла о маленькой дочке адвоката Смильга, девочке с явно семитскими чертами лица. Перед приходом гестаповца пани Мария послала свою дочку Басю и малышку погулять в сад, а сама начала нелегкий разговор с немцем. Она спросила его, сможет ли он погладить свою дочку по голове, если рука его будет запачкана кровью погубленного им чужого ребенка. Немец ушел и больше в доме Федецких не появлялся.

Под влиянием Марии Федецкой немец Гемпель отказался участвовать в кровавых преступлениях, дезертировав из гитлеровской армии. В доме Федецких, в Лебеде, он рассказывал о чудовищных экзекуциях, совершаемых немцами в Василишках. Пани Мария снабдила его документами на фимилию Бурхардт, с которыми он хотел пробраться в Швейцарию.

После оккупации Мария Федецка, будучи уполномоченным по вопросам репатриации, активно включилась в работу по оказании помощи репатриантам. Они знали, что пани Мария всегда их поймет и защитит.

В день памяти повстанцев варшавского гетто и всех, кто боролся с фашизмом, вспомним же с величайшим почтением этого благороднейшего человека - Марию Федецкую.

Эрна Подхоризер-Зандель (1903-1984),

научный сотрудник Еврейского исторического института в Варшаве.

 

 .

  + Статья, опубликованная в <Fołks-Sztyme>,

  * Варшава, суббота, 16 апреля 1960, нр 59 (1257), содержит фотографию Марии Федецкой, представленную в разделе <Биография>.

Перевела с идиш доктор наук Рая Шлеп-Фессель

 

 


Воспоминание Раи Шлеп-Фессель
(выступление в ЯдВашем)

Я часто вспоминаю довоенный еврейский город Вильно, который сегодня живет в сердцах лишь небольшой и все тающей горстки людей, уцелевших от неминуемой гибели. В памяти неизменно всплывают имена таких поляков, как пани Мария Федецка, имена тех, кто в страшные годы порабощения и озверения оставались настоящими людьми, кто, рискуя не только собственной жизнью, но и жизнью своих близких, прятали евреев, спасая их от неизбежной смерти. Это были люди, принадлежавшие к различным слоям общества - простые, неграмотные крестьяне, интеллигенты, чиновники, профессора. Независимо от побуждений - этических, религиозных или каких-то других - их объединяла решимость спасти от смерти людей, подвергавшихся геноциду лишь за принадлежность к другой национальности. 

Виленские евреи, до войны составлявшие треть городского населения, жили почти в полной изоляции, а их отношения с поляками носили лишь официальный и торговый характер. Это придает еще бльшую значимость позиции таких героических личностей, как пани Мария Федецка, самоотверженно спасавших людей в общем-то из малопонятной и чужой для них среды. Свою, столь высоконравственную деятельность они вынуждены были скрывать не только от немцев; ведь в их окружении были люди разного пошиба, не исключая всякого рода подонков, антисемитов и проч., а так называемая серая масса отнюдь не стремилась подвергать себя опасности. Инстинктом самосохранения, конечно же, пренебрегать не приходится. Перед лицом смерти не только чужие люди, но и не каждый отец и не каждая мать по стойкости духа могут равняться с Янушем Корчаком, Марией Федецкой и другими, подобными им героями. Подтверждением этого может служить отрывок из рассказа Иды Финк <Помешанный>. 

<... Когда машины остановились на предбанной площади, я быстро присел на корточки в углу между двумя домами, и метла прикрыла меня. Ни эсэсовцы, ни служба порядка не догадались, что за стоящей метлой прячется человек. Меня трясло так, что даже метла качалась. Я все слышал, как их вначале запирали в бане, а потом уже загоняли в машины. Я в ужасе повторял: Дай, Боже! Дай, Боже! Дай, Боже! - сам не зная, чего я прошу у этого Бога. Да знал ли я вообще , что он есть. Откуда бы... 

Вы знаете... кто-то, бросившись бежать, задел рукой метлу. Метла упала, и теперь - взгляни кто-нибудь в угол, мне конец. Поднять метлу боюсь, а их уже гонят к машинам. 

Доктор! В первой машине были мои дети, мои три... Старшая все знала, а те плачут просто со страху. Вдруг они перестали плакать и самая младшая - три годика - закричала: папа, папа, иди сюда, иди к нам! 

О н и в и д е л и. Только они видели меня в этом углу. Только их глаза. Доктор! Ну и что же я - их отец? Вскочил, побежал к ним и с ними вместе...? Да?! 

Я приложил палец к губам, от страха зажав его зубами, и замотал головой, мол, не кричите, ти-хо, ша...!

Две младшие позвали меня еще раз, но она, моя старшенькая, закрыла им ротики своими ладошками. И потом уже было тихо...> 

Мария Федецка прятала в своем доме очень многих. На весь период оккупации она приютила девятимесячного еврейского ребенка. Всех укрыть было невозможно, но двери ее дома всегда были открыты для страждущих. Никогда не терявшая стойкости духа и мужества, Мария Федецка прилагала сверхчеловеческие усилия, чтобы найти для них убежище. В этом благородном деле участвовала вся семья Федецких, вот и присутсвующие сегодня здесь Бася и Земек, тогда еще дети. 

После войны я познакомилась с группой героев, спасавших евреев. В одном ряду с Марией Федецкой стоят такие люди, как: настоятельница монастыря урсулянок из Черного Бора, Стефан и Виктория Гжмелевские, проф. Тадеуш и Антонина Чежовские, Феликс и Марыля Вольские, Юзефа Тендзягольска. Я, конечно, познакомилась не со всеми и всех не назвала, но список, к сожалению, не столь уж и длинен. 

Мария Федецка, равно как и другие благороднейшие поляки, противостоявшие геноциду, заслужили особое место в истории и нашу безграничную благодарность.

 

Иерусалим, 29 февраля 1988 г.

Д-р Раша Шлеп-Фессель (1913-1995)

Доцент Еврейского университета в Иерусалиме.